Наслаждайтесь чтением!
Две капли на стакан вина
л этого! - закричал Мэт. - Я в жизни тебя не видел!
- Еще как видел, - захрипело в ответ горящее бревно, - хотя, конечно, силы Ада увеличили меня в размерах так, что я теперь могу стать той силой, которая уничтожит тебя! Я был тем маленьким прутиком, который ты воткнул в землю, чтобы отметить место, тем маленьким безобидным прутиком, который ты с проклятиями выкинул!
Даже панический страх, обуявший Мэта, не помешал ему сообразить, что это не иначе как дело рук Гордогроссо. Король-колдун увеличил маленький прутик, который Мэт недавно вышвырнул со словами: "Будь ты проклят!" - и. вытащил его из Ада, чтобы запугать Мэта.
Минутку-минутку... Но ведь вечные мучения не для всех, а только для проклятых душ...
- Но ты не мог быть обречен на вечные муки! - закричал Мэт. - У тебя же нет души!
Бревно замерло на месте, глаза расширились от удивления.
Мэт еще настойчивее продолжал:
- Ад существует только для душ грешников! И никто другой не может тебя послать гореть в Аду, только ты сам, отказавшись от Господа Бога! Ты когда-нибудь отказывался от Него?
- Нет, - призналось дерево.
- И у тебя нет души, которую можно было бы послать в Ад! Материальные вещи, будь то плоть или камень, дерево или железо, не попадают в Ад! Только души!
- Если это правда, - сказало дерево, - значит, я не могу быть проклято.
Пламя начало ослабевать.
- Правильно! - закричал Мэт. - А если ты не было проклято, ты не можешь гореть в огне!
- Да... точно. - Языки пламени стали еще слабее.
- На самом деле, - продолжал кричать Мэт, - ты не можешь даже передвигаться! Просто какой-то идиот-колдун вбил тебе в голову, что ты живое существо, чтобы подвергнуть пыткам!
Получилось. Последние искорки пламени потухли в глазах дерева, и оно начало падать.
- Древесина! - закричал Мэт, и тлеющее бревно с грохотом рухнуло на землю.
Уф... Наконец-то... Но в результате этого инцидента в линии защиты осталась брешь - три сломанных кола.
Впрочем, пламя горевших бревен заворожило и солдат, которые в ужасе взирали на них.
Мэт не замедлил воспользоваться случаем:
- Быстро! Бегите! Прячьтесь в горы и кайтесь! Иначе вы все будете пылать в вечном огне Ада!
Объятые ужасом солдаты издали дружный вопль и, развернувшись, бросились наутек. Они пробежали мимо двух рыцарей в кожаных куртках, которые, размахивая своими саблями, яростно кричали им вслед:
- Не верьте этому сумасшедшему! Остановитесь! Вернитесь! Что значат все ужасы в ином мире по сравнению с гневом короля Гордогроссо здесь?
Но, похоже, солдаты вполне осознали, что их ожидает в мире ином, и никто не вернулся.
Один из рыцарей обратился ко второму:
- Я по крайней мере больше боюсь Гордогроссо, чем Господа Бога! Я скорее готов погибнуть в бою, чем предстать перед королем.
- И решительно настроенный продолжать бой, он повернулся к горевшему частоколу.
С большой неохотой второй рыцарь решил последовать его
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.