Наслаждайтесь чтением!
Две капли на стакан вина
r> С этими словами он вышел из-за дуба.
- Эй! - Мэт ухватил его за плечо. - Стой на месте, парень! Если эта тварь тебя обнаружит, нам придется иметь дело с гранитом вместо тебя!
- А разве мужчина может желать лучшей смерти? - заспорил с ним Фадекорт. - И даже если я умру, может быть, прежде я успею очистить дорогу от этого чудовища. - Он приготовился идти, но почувствовал руку Мэта на своем плече. - Отпусти меня, лорд Мэтью.
- Не дури. Без твоих рук у нас нет никакого шанса. Давай-ка попробуем что-нибудь получше.
Рассерженный циклон вернулся, и как раз вовремя: краем глаза Мэт увидел, как ящерица снова начала поворачиваться в их сторону. Он затащил Фадекорта под прикрытие дерева:
- Не смотри туда, наша огненная игуана только что развернулась к нам, чтобы выяснить, из-за чего весь этот переполох.
Фадекорт побледнел, но снова вернулся к прежней теме:
- Ты вроде говорил, что есть другой способ, ну и?..
- Ну... так... - Мозги Мэта заработали на бешеной скорости, пока он импровизировал. - Что-то такое, что польстило бы тщеславию этой бестии.
Фадекорт все еще хмурился:
- Я что-то никогда не слышал, что они тщеславны.
- Я тоже нет. - Слово "бестия" так и закрутилось у него в мозгу. - Давай посмотрим на дело следующим образом: если бы сему извращенному творению природы когда-нибудь пришлось столкнуться с самим собой, оно бы этого не вынесло. - Мэт недоумевал, почему Фадекорт так пристально смотрит, но его уже несло дальше. - Поэтому давай предоставим ей возможность разочек взглянуть. - Мэт повысил голос и начал творить заклинание:
Ах, кокатрисса-василиск
Себя не видит и не знает -
Ну, ты не права!
Явись устройство, на которое пеняет
Всяк рожа крива!
Воздух перед василиском вдруг затуманился, засветился и начал сгущаться в мерцающий диск.
- А это что за устройство, лорд Мэтью? - нахмурившись, спросил Фадекорт.
- Да это же зеркало, - ответила Иверна.
Широко открытыми глазами кокатрисса уставилась на свое собственное отражение, и чем дольше она смотрела, тем быстрее ее зеленовато-серая кожа теряла зелень и приобретала серый оттенок.
- Почему она не отвернется? - полюбопытствовал Нарлх.
- Почему? Да она не может отвернуться. - Иверна как-то странно улыбнулась. - Она очарована своей красотой. Смотрите, она оцепенела!
Кокатрисса стала уже почти полностью серого цвета, глаза подернулись поволокой, это была смесь экстаза и... кремния.
- Неужели она на самом деле думает, что столь прекрасна? - поинтересовалась Иверна.
- Конечно, - пробормотал Мэт, - самокритика - удел лишь высокоразвитых существ.
Кокатрисса вздрогнула, по ее телу пробежала судорога, по поляне прокатился странный звук. Она стояла, застыв. Серое изваяние.
- Окаменела, - выдохнул Мэт. - До чего доводит экстаз.
Потом Мэт поднял руку и стал делать круговые движения, как будто пытался протереть замерзшее стекло.
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.