Наслаждайтесь чтением!
Две капли на стакан вина
рагментов.
На головах чудищ - шипы и наросты, похожие на перья, а рыла - пародия на человеческие лица, причем такая, что наводит ужас. Каждая пасть утыкана блестящими, острыми зубами. Мэт посмотрел на отблеск лунного света, игравшего на их телах, и по спине пробежал холодок. Эти отполированные поверхности, они что, на самом деле стальные?
- Закройте ворота! - крикнул Нарлх.
- Не могу! Их просто нет! - ответил Мэт.
- Да и стен - нет! - Фадекорт приготовился к своему последнему бою. - Умоляю, Маг! Приготовь заклинание на случай, если эта обитель уже не охраняется Богом.
- Да... наверное, это правильное решение. - Мэт пытался вспомнить какое-нибудь защитное заклинание.
Пусть стены сей пещеры отринут силы зла
И нас оберегают, как неприступный форт!
Ах, если б милосердие разило, как стрела,
Ах, если б добродетель могла создать комфорт...
Он замолчал с широко открытыми глазами. Казалось, что воздух вокруг искрится и словно покалывает крохотными иголочками, какое-то невидимое поле обволакивало все его тело. Но это не было ощущение того давящего поля злой магии, которое он уже не раз испытывал на себе.
- Почему ты остановился? - закричал Фадекорт.
- Потому, - сказал Мэт, - что кто-то или что-то не хочет, чтобы я продолжал.
- Так какая же здесь сила? - закричала Иверна.
- Высшая, - с полной уверенностью сказал Мэт. - Вы не чувствуете этого, но поверьте мне! Если бы ощутили это, то узнали, что никто не сможет поколебать ее.
И тут монстры ударили по святой обители. Они бросились на пещеру и... взвились в воздух, отлетая обратно, как будто с налета ударились о невидимую стену. Задние ряды наползали на тех, кто шел впереди. Их лапы мотались в воздухе в поисках опоры и не находили ее. В этот момент третья шеренга нападавших смогла взобраться на кучу копошившихся тел, и здесь монстрам немного повезло: теперь верхний ряд немного продвинулся вперед, распластавшись по скату невидимого купола, еще дальше пробрался четвертый ряд чудовищ. Мэт видел, как они ползли над его головой, скребя когтистыми лапами но невидимой крыше, но пробить ее им не удавалось. Зрелище было еще то - стена из живых горгулей над головой, сбоку, всюду. Даже сам по себе их безобразный вид уже производил ужасное впечатление, но нечеловеческая, неприкрытая злоба в глазах заставила Мэта сжаться от страха. То тут, то там он видел морду чудища, вглядывающегося в него, как будто оно хотело сказать: сейчас я до тебя доберусь и уж тогда попирую, разрывая твое тело на мелкие кусочки.
Мэт невольно отпрянул и прижался к подножию статуи. Оказавшись рядом с Иверной, он закричал, стараясь перекрыть этот лязг и скрежет:
- Кто они? Неужели Гордогроссо вырезал их из гранита и оживил, чтобы потом использовать как охотничьих собак?
Но Иверна только замотала головой:
- Я не знаю.
- Это, несомненно, демоны, - отозвался Фадекорт, - но я не могу догадаться, откуда скульпторы, котор
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.