Наслаждайтесь чтением!
Другое детство
е
Старой глупой головы
Не считаем заклинаньем,
Вредным даже для травы!
Где ты, голова? - Увы!
Потом Мэт резко опустил жезл, и его острие, как указательный палец, оказалось направленным на колдуна. Тот закачался в седле и упал. Шеренги сомкнулись и скрыли упавшее тело. Но впереди два рыцаря, стонавшие от неотвратимого желания почесаться, выступили на тропу, пытаясь преградить путь. Их мечи угрожающе сверкали в ночи.
Мариан пропихнула свой куотерстаф под колени одного из них и, наклонившись, резко дернула его в сторону. Рыцарь упал, размахивая руками. Мариан взмахнула куотерстафом, и меч, завертевшись в воздухе, отлетел в сторону. Еще один взмах куотерстафом и...
Мэт вздрогнул.
Второй рыцарь пытался вытащить стрелу, которая каким-то образом застряла между нагрудными пластинами. Маленький Джон сделал выпад вперед и отшвырнул его в сторону.
Потом Мэт увидел брата Тука, парировавшего удары солдата, который одновременно с остервенением чесался, выпад - и солдат замер. Человек, бежавший рядом с ним, пустил стрелу. Мэт увидел, как зашевелились губы Тука, он не мог слышать, что тот говорил, но, проследив за его взглядом, увидел колдуна в полосатом колпаке, направившего жезл в сторону брата Тука. Мэт поднял свой собственный жезл, но прежде чем он успел произнести хотя бы слово, колдун вдруг скукожился, как тонкая жестянка под лошадиным копытом.
Брат Тук, с плотно сжатыми губами, отвернулся и следующим резким ударом меча снес еще одного солдата.
Потом Мэт услышал за спиной рев Нарлха и рискнул быстро оглянуться. Нарлх гнался за рыцарем. Рыцарь несся, вцепившись руками в свой железный зад и беспрерывно вопя.
И в это мгновение Мэт налетел на человека, бежавшего впереди него.
Это был Фадекорт, который успел вовремя подхватить Мэта.
- Осторожно! Мы - у рва!
Мэт глянул вверх и увидел, как на него с грохотом цепей несется огромная черная махина.
Но им пришлось стоять и ждать, пока подъемный мост не опустился. Сквозь весь этот грохот прорвалось заклинание вражеского колдуна. И вдруг... находившиеся рядом рыцари и солдаты бросились на них, ощетинились сотни пик, сверкнули мечи, готовые рубить.
Робин Гуд выпустил шесть стрел подряд настолько быстро, что человеческий взгляд не мог проследить за ними, и шесть поверженных рыцарей упали на землю. Каждая из выпущенных стрел попала в цель. В воздухе зажужжали новые стрелы, Пак пытался прокричать что-то по секрету на ухо Мэту. Мэт заблажил нечто, похожее на солдатскую песню:
Капрал пошел к красотке
В свободный вечерок,
Вернулся весь в чесотке
И спать в казарме лег.
Иестудей, йестудей -
Он спать в казарме лег.
Казарма хохотала,
Но утром, вставши в строй,
Кляла того капрала,
Все к черту расчесала
И проиграла бой.
Ох, тудей, ох, тудей -
И проиграла бой.
Колдун упал, а солдаты и рыцари взвыли, потому что чесотка стала е
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.