Наслаждайтесь чтением!
Другое детство
минуту под рукой и с готовностью отведет охотника к гнезду, чтобы тот убил младенцев-драконят ради их крови!
- Я? Никогда! - заорал вышедший из себя Стегоман, и Нарлху пришлось увернуться от языка пламени. - Я, и чтобы унизиться до такой подлой грязной мести? Чтоб я опустился ниже самого распоследнего? Да как ты смеешь обвинять меня в этом? За такое отвечают кровью! Маг, убери эти решетки, потому что я сейчас... - Стегоман неожиданно застыл.
Мэт посмотрел в глаза дракону и попытался догадаться, что сейчас творилось у того в голове.
- Что ты с ним сделал? - прищурив глаза, спросил Нарлх.
- Ничего, - тихо проговорил Мэт. - Я думаю, что он вдруг понял, как могло случится, что тебе пришли в голову такие ужасные оскорбления.
- Ага. - Стегоман смотрел на дракогрифа, полуприкрыв глаза. - Ты тоже познал эти ужасы, да? Значит, и ты был не единственным яйцом в кладке?
Глаза Нарлха яростно сверкали. Он резко повернул голову в сторону Мэта:
- Ты ему сказал!
Мэт замотал головой:
- Я и сам ничего не знал. Ты никогда мне об этом не говорил. Да все слышали: я слова не произнес.
- А как же иначе ты смог бы узнать об этих подонках? - заговорил Стегоман. - Откуда бы тебе слышать о тех, кто разрушает гнезда драконов, - об охотниках за выводками, чью кровь они потом продают? Тебе, должно быть, пришлось с ними познакомиться, не так ли?
- Точно! Да! Да, я убежал, я улетел, я унесся! Этот злодей заслонял собой все небо. С того места, где был я, он мне казался великаном. А я был всего два фуга длиной! Я только-только вылупился, понятно? Я даже не пытался сражаться! Теперь ты все знаешь! Ты теперь счастлив? - Нарлх понурил голову, его голос начал прерываться и затихать. - Их всех! Всех моих братьев и сестер! Всех пятерых! А я даже когтем не пошевелил, чтобы защитить их! Скажем так, почти не пошевелил. - Он вскинул голову и глянул на Стегомана. - Я ему почти всю морду расцарапал! И моей сестре почти удалось убежать! А он... - Нарлх закашлялся и отвернулся.
- Тебя никто не имеет права винить, - тихо сказал Стегоман. - Ты сражался, как умел, и улетел, когда уже ничего не мог сделать. Да, я тоже тогда улетел, потому что та тварь оказалась слишком здоровой по сравнению со мной.
Нарлх растерянно взглянул на него:
- Ты?..
- Я же не был большим, когда родился, не крупнее тебя, когда ты был ребенком, - напомнил ему Стегоман. - И за мной тоже охотились эти подонки, которые поставляют нашу кровь самым распоследним колдунам-извращенцам. - Он повернулся к Мэту. - Маг, убери эти решетки!
- Эй, подожди! - заорал Нарлх. - Если ты выпустишь его, ты должен будешь... - Он замолчал, вытаращив глаза на исчезающие прутья. - Я даже не слышал, чтобы ты что-то произнес.
- Вы немного громковато говорили. - Теперь Мэт начал гораздо лучше понимать своего друга-дракогрифа.
Стегоман вперевалку подошел к Нарлху. Нарлх в ожидании напрягся, но Стегоман лишь сказал:
- Пошли. Нам нужно с тобо
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.