Наслаждайтесь чтением!
Другое детство
росто скелеты. Сначала солдаты отпрянули с воплями суеверного страха, но вперед бросилась Алисанда с криком:
- Бедные зомби! Давайте спасем их от ужасного существования!
Королева наглядно продемонстрировала, что разрубленный пополам мертвый волк ничем не лучше обычного и уже не в состоянии нападать, хотя голова на двух передних лапах еще пыталась преследовать Алисанду, и той пришлось утихомирить ее, пронзив монстру горло. Разбросанные в разные стороны кости уже не могли собраться воедино. Караульные, набравшись мужества, порубили сотни мертвых волков на куски. Когда стало ясно, что с тварями покончено и только люди продолжают бродить под лунным светом, Алисанда поздравила своих солдат, превознося до небес их заслуги. Видно было, как они гордо расправляли грудь, слушая свою королеву. Потом Алисанда отправилась будить Совиньона. Долетевшие до нее слова солдат доставили ей огромное удовольствие: "Должно быть, наш лорд Маг дурак, оставить такую, как она!" Это сделало ее более снисходительной, и, когда она нашла Совиньона с саблей в руке, виновато причитающего, что он, мол, только что проснулся от шума и не успел принять участие в битве... она не сочла нужным побранить его - то же самое произошло почти с половиной солдат. Алисанда передала ему дежурство и отправилась в свою палатку, чтобы немного полежать. Она не думала, что ей удастся уснуть. Впереди ее ждала долгая ночь.
ГЛАВА 17
ПРИЗРАК-ПРОВОДНИК
Мэт настолько увлекся рассказом, что обратил внимание на солнце только тогда, когда оно уже склонилось к западу. Он постарался быстренько свернуть конец своего рассказа, отступив от поэтического оригинала "Песни". Но все равно доставил спутникам огромное удовольствие. Даже Нарлх одобрительно хрюкнул, дослушав легенду до конца. Затем Фадекорт сказал:
- Может, теперь, после того, как ты закончил свой рассказ, нам следовало бы поискать место для...
В это мгновение раздался испуганный крик Иверны, и Фадекорт с Мэтом быстро повернулись.
Дух, который встречал их у волшебного леса, а еще раньше гонялся за Иверной, появился снова и теперь маячил неподалеку - его силуэт четко вырисовывался в вечерних сумерках. Можно было даже угадать цвета его пышной античной туники и плаща - пурпур и золото, а его круглое лицо, лысая голова и широко открытые глаза - пусть даже это были пустые глазницы - уже не выглядели такими пугающими. Вся его фигура, казалось, о чем-то спрашивала, нет, скорее даже умоляла.
- Прочь! - закричала Иверна дрожащим голосом.
- Не беспокойтесь, миледи! - Глаза Мэта сузились. - Мы от него очень быстро отделаемся.
На воздушном океане,
Без руля и без ветрил
Призрак плавает в тумане,
Чтоб прохожий голосил...
Но у нас покруче сила, -
Призрак с лысой головой -
Отвали в свою могилу,
Если хочешь быть живой!
Призрак издал какой-то звук, похожий на умоляющий стон, а потом силуэт стал тускнеть, пока совсем не исче
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.