Наслаждайтесь чтением!
Другое детство
ь, взалкал
И в доме, где я зло познал, -
Гордынею очей своих
Был ослеплен среди других,
Где ложь, коварство и разбой
В надменном сердце нас с тобой
Пытались тайно затянуть
На нечестивый, подлый путь, -
Я в доме том пою псалом,
Всех праведных впускаю в дом,
А Зло ни в яви, ни во сне
Да не прилепится ко мне!
Будь милосерд, верша Свой суд
Тех, кто путем Твоим идут, -
Помилуй, Боже, и спаси.
А прах у двери отряси!
Утихни, ветер, смолкни, гром, -
Исполнись, в мире сем, псалом!
И все четыре ветра исчезли так же быстро, как и налетели. Их завывание постепенно затихло вдали, словно шум промчавшегося мимо скоростного поезда. Было видно, как вдруг заметались деревья, которые можно было различить на горизонте в предрассветной дымке. Через пару минут и они неподвижно замерли.
Осажденные прислушивались. Беспрерывное стенание было единственным звуком, который доносился из-за стен замка. Все подошли к бойницам и амбразурам, чтобы взглянуть на поле. Перед ними возникла картина полного опустошения: сломанные палатки, перевернутые повозки, раненые там, где прошел путь Макса. Армия Зла с трудом собирала свои остатки, чтобы, построившись а колонну по двое, поплестись обратно на восток.
Крики победы раздались сначала рядом с Мэтом, а потом волной покатились вдоль крепостной стены и скатились во двор замка. И мужчины, и женщины плакали от радости, обнимая друг друга, некоторые пускались в пляс, а над аркой входных ворот в предрассветном сумраке появился призрак. Он становился то ярче, то тускнел. Мэту удалось разглядеть, что призрак, похоже, отплясывал джигу.
- Маг, - заговорил демон, появившись неожиданно перед Мэтом, - попробуем использовать еще что-нибудь новенькое против врага?
- Ой, нет, - сказал Мэт. - Думаю, что на сегодня достаточно.
ГЛАВА 20
ПЬЯНЫЙ ТУМАН
Сэр Ги выставил дозорных и усилил охрану тяжеловооруженными всадниками на случай, если это отступление было хитрой уловкой. Тем не менее он приказал открыть ворота и опустить подъемный мост. Из замка потоком хлынули крестьяне, они собирали по полю припасы, брошенные вражеской армией: солонину, сухари, зерно. Им даже удалось найти немного свежего мяса и фруктов, которые офицеры и колдуны припасли для себя. Эскадроны солдат с обеих сторон охраняли крестьян, вышедших на сбор трофеев, - враг мог появиться совершенно неожиданно. Но поход за вражеским фуражом прошел спокойно.
Мэт на время выбыл из игры. Болели голова, грудь и рука. Казалось, будто по голове и руке пробегали языки огня, а грудь сжимало, как при сердечном приступе. От боли Мэт скрипел зубами. К сожалению, в таком состоянии он не мог произнести заклинание, снимающее боли.
Брат Тук увидел, как мучается Мэт, и, несмотря на собственные раны, пошатываясь, подошел к Мэту и, подбадривая его, положил руку на плечо.
- Не унывай, лорд Маг! - тяжел
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.