Наслаждайтесь чтением!
Магический Кситар
адки как-то
связаны. И не упрекнул бы тебя, если бы ты уехала. Не так-то приятно
столкнуться со всем этим.
- Пожалуй, неприятно, - согласилась она, - но все это важно и
волнует. Если бы мне рассказал это кто-нибудь другой, я бы непременно
уехала. Но я знаю тебя. Ты всегда честен в своих мыслях, даже если тебе
это неприятно. Все это немного пугает. У меня ощущение, что я стою на краю
чего-то, чего не понимаю, возможно, какой-то великой действительности,
которая заставит нас выработать новый взгляд на мироздание.
Я засмеялся, но смех вышел немного натянутым.
- Давай не будем воспринимать это так серьезно, а будем делать шаги
постепенно. Этот путь легче.
- Пусть будет так, - согласилась она, и в голосе ее прозвучало
облегчение. - Интересно, как там Боусер.
Когда через несколько минут мы добрались до дома, стало очевидно, что
с Боусером все в порядке. Хайрам сидел на задней веранде, а Боусер
распластался у его ног. Увидев нас, Боусер приветливо завилял хвостом.
- Как он? - спросила Райла.
- Да все нормально, - отвечал Хайрам. - Мы с ним провели хороший
день. Сначала сидели и наблюдали за малиновкой и много разговаривали. Я
промыл ему рану; она теперь выглядит хорошо. Крови там больше нет, и рана
начинает по краям затягиваться. Боусер - хорошая собака. Он спокойно
лежал, когда я очищал рану, даже не дернулся. Он знает, что я ему помогаю.
- Ты ел что-нибудь? - спросил я.
- В холодильнике был кусок жареного мяса, и мы с Боусером поделили
его. Остаток я дал Боусеру на ужин, а себе сделал яичницу. Мы сходили и
собрали яйца. Их оказалось одиннадцать.
Хайрам медленно поднялся на ноги.
- Раз уж вы здесь, пойду-ка я домой, а утром вернусь, чтобы
позаботиться о Боусере.
- Если у тебя есть дела, можешь не приходить, - сказал я. - Мы
позаботимся о нем.
- Конечно, дела есть, - сказал Хайрам с достоинством, - всегда есть
что делать, но я обещал Боусеру. Я сказал ему, что буду ухаживать, пока он
не выздоровеет.
Он спустился по ступенькам и уже пошел было к воротам, но вдруг
остановился.
- Забыл, - сказал он, - я не закрыл курятник. Его нужно закрыть.
Здесь полно скунсов и лис.
- Можешь идти спокойно, - сказал я. - Я сделаю это сам.
8
Шум прямо подбросил меня в постели.
- Что случилось? - сонно спросила Райла со своей подушки.
- Что-то с курами.
Она протестующе пошевелилась.
- Неужели здесь по ночам нельзя спать? Прошлой ночью Боусер, теперь
куры.
- Это все проклятая лиса. Их тут стало втрое больше, чем раньше.
Курятник как решето.
В ночи слышался ш
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52 53 54
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.