Наслаждайтесь чтением!
Ник Орли
планету, где ты родился?
- Нет. В Галактический Центр. Теперь я знаю, что мой дом там. Знаешь,
Эйса, что я думаю?
- Нет, не знаю.
- Я думаю, что становлюсь богом. Когда я вернусь, то буду одним из
них. Наверное так они и возникают. Они эволюционируют и из других
жизненных форм. Не знаю, но думаю, что в один прекрасный день буду знать.
Мое ученичество заканчивается. Я вырос.
Я был в пустоте, в черной глубине пустоты, и душу мое грызло
сознание, что не потеря способности Кошарика строить для нас дороги во
времени, а потеря самого Кошарика породила эту пустоту.
- Эйса, - сказал он, - я собираюсь домой. Я потерял было дорогу, но
теперь знаю путь и собираюсь домой.
Я ничего не сказал. Я ничего не мог сказать. Пустота поглотила меня.
- Друг мой, - сказал он, - пожалуйста, пожелай мне доброго пути. Я
хочу унести с собой твое пожелание.
Я сказал слова, перевернувшие меня, словно кровоточащие куски мяса
вырывали из моего тела. Я хотел сказать их, я должен был сказать их, но,
сказанные, они причиняли мне боль:
- Кошарик, я желаю тебе самого лучшего. От всей души я желаю тебе
удачи. Я теряю тебя, Кошарик.
Он исчез. Я не видел, как он уходил, но знал, что его больше нет.
Ниоткуда пронесся холодный порыв ветра, и черная пустота сменилась
серостью, которая превратилась в ничто, и вот я снова стою в заброшенном
саду, возле курятника, глядя на опустевшую яблоню.
На землю спустились сумерки, в какую-то минуту автоматически
включились прожектора и усадьба превратилась в кричащий кошмар, со
стражами в униформе, тяжело ступающими вдоль забора туда и назад. Но эти
несколько мгновений темноты были мне нужны, они были милосердны, я ждал
их.
Когда вспыхнул свет, я повернулся и направился к зданию офиса. Я
боялся, что буду пошатываться, но нет. Я шел связанно, прямо, как
сломанная игрушка. Хайрама нигде не было, и Боусера тоже. Более чем
вероятно, что он где-то охотился на сурков, хотя для этого было немножко
поздно. Обычно они уходили в поход вскоре после заката.
Я вошел в офис. Увидев меня, они прекратили разговор и сидели,
выжидательно глядя на меня.
- Ну? - спросила Райла.
- Кошарик ушел, - ответил я.
Бен одним махом вскочил на ноги.
- Ушел? - закричал он. - Куда это он ушел?
- Он отправился домой, - сказал я. - Он хотел попрощаться. Это все,
чего он хотел: попрощаться.
- Разве ты не мог остановить его?
- Бен, не было никакой возможности остановить его. Он вырос,
понимаешь ли. Время его ученичества прошло.
- Минуточку, - сказал Куртни, пытаясь быть спокойным. - Он вернется,
не правда ли?
- Нет, - ответил я.
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52 53
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.