Наслаждайтесь чтением!
Зов Древних
с некоторой
подозрительностью. Как только Борн ступил на это место, он все понял, их
могло тут затянуть, поглотить очень крепкое и цепкое сплетение растений.
По счастливой случайности луч света достиг Третьего Уровня, и Борн
разглядел, какая опасность их тут подстерегала. Не подходя близко к
обнаруженному им узкому отверстию, Борн заглянул в него и поразился
глубине, ведущей наверняка на Четвертый и Пятый Уровень на сотни метров
вниз к зелени Нижнего Ада. Обойдя опасное место, фуркот и человек
двинулись дальше. От усталости они уже не замечали окружающую их
торжественную природу, не слышали величественное пение птиц. Любой ботаник
был бы ошеломлен увиденным и услышанным.
Борн не был ботаником. Он не мог определить возраст растений,
определить период их цветения, но его очень и очень далекие предки могли и
знали это.
В конце концов Борн и Руума-Хум нашли себе удобное место для отдыха
среди густых веток на одном из толстых суков.
И Борн и Руума-Хум были рады возможности остановиться и хотя бы
ненадолго уснуть. Небольшой ростом Борн тут же очень удобно устроился.
Фуркот Руума-Хум тоже был доволен своим временным убежищем. Фуркоты всегда
жили с людьми и отличались дружелюбием и общительным нравом. По первому же
зову человека они легко отправлялись в путь, даже если их разбудят среди
ночи. У них были острые когти и зубы, отличающие животных с хищническими
инстинктами. Фуркоты очень ловко передвигаются и цепко держатся на ветке.
Руума-Хум с удовольствием растянулся на раскинутых ветвях и зевнул,
хлопая своими тремя глазами. А потом протянул Борну свою большую лапу и
принялся очищать ее от различных колючек, иголок и шипов.
Борн лелеял мечту навести порядок в этом лесном царстве и очистить
наиболее нужные пути.
Умный и смышленый фуркот работал вместе с человеком очень осторожно
и легко, но когда они заканчивали работу, - это уже был не человек.
Вечером как обычно пошел дождь. И лил он всю ночь. За несколькими
исключениями дождь шел каждую ночь.
Это также естественно, как то, что солнце встает утром. А дождь идет
ночью.
Руума-Хум быстро заснул. Возле него устроился и Борн. Фуркот слегка
шевельнулся во сне, голова его склонилась, прижавшись к плечу Борна. Борн
доволен. Он погладил фуркота, как бы оценивая, пробежался своими пальцами
по толстой зеленой шкуре.
Борну хотелось Домой. Он не чувствовал такой усталости, которая
заставила бы его забыть предвкушение восторженной встречи. И даже короткий
сон казался ему длинным. Он не мог так медлить. И поэтому еще в темноте
начал будить фуркота.
- Уже утро?... - изумился тот.
- Идти целый день, Руума-Хум, - сказал Борн. - Ночью шел дождь.
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52 53 54
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.