Наслаждайтесь чтением!
Зов Древних
встречать охотника надо с почестями, имел дерзость дернуть его за плащ.
Борн посмотрел вниз и узнал сироту по имени Дин, которого воспитывали все
жители сообща.
Его отца и мать кто-то похитил, когда они были в экспедиции по сбору
фруктов. Они исчезли в лесу вслед за раздавшимся страшным звуком.
Остальные члены группы в панике разбежались, а когда вернулись на прежнее
место, от супружеской пары остались одни орудия труда. С тех пор о них
никто никогда не слышал. Поэтому мальчика растили в поселке сообща. По
непонятным причинам паренек больше всех привязался к Борну. Охотник не мог
отмахнуться от подростка. Это был закон - и очень необходимый для
выживания, закон, по которому ребенок, лишившийся родителей, мог сам по
своему желанию выбирать себе новых. Но почему именно безумного Борна, вот
вопрос...
- Нет, я тебе не дам шкуру грейзера, - возразил Борн и мягко
отстранил мальчика. Тринадцатилетний Дин уже не считался ребенком. Его уже
нельзя толкать.
По пятам за сиротой катился толстый меховой шар, почти такой же
большой, как и подросток. Детеныш-фуркот по имени Маф через каждые три
шага спотыкался на своих толстых неуклюжих лапах. Споткнувшись в третий
раз, Маф разлегся посреди поселка и уснул, найдя таким образом подходящее
решение своей проблемы. Руума-Хум при виде детеныша ворчливо заурчал. Но
он не мог не сочувствовать ему. Он и сам был не прочь как следует поспать.
Борн не пошел к себе домой, он отправился на другой конец поселка.
- Брайтли Гоу!
В ответ сверкнули зеленые глаза, не уступающие яркостью самой густой
листве, а затем показалось лицо и фигура лесной нимфы, грациозной как
лань. Она вышла навстречу и взяла Борна за руки.
- Как хорошо, что ты вернулся, Борн. Все беспокоились. Я... очень
беспокоилась.
- Беспокоилась? - восторженно изумился охотник. - О ком? О маленьком
грейзере? - Величественным жестом он показал в сторону туши. Ее тяжесть
вывела из себя Руума-Хума. В его голове появились неприятные мысли о
некоторых людях, которые вместо того, чтобы позаботиться о своем фуркоте
кокетничают с девушками.
Брайтли Гоу уставилась на грейзера, и ее глаза стали большими, как
цветы рубинового дерева. Потом она неуверенно нахмурила брови.
- Но, как я съем все это, Борн?
В ответ Борн скованно рассмеялся.
- Возьми себе мяса столько, сколько надо тебе и твоим родителям,
конечно. А вот шкура - это только для тебя.
Брайтли Гоу была самой красивой девушкой в поселке, но других же
достоинств Борн в ней что-то не замечал. И иногда в сомнениях задумывался
над этим. Стоило ему посмотреть на девушку в тонкой одежде из кожицы
листьев, как Борн забывал обо всем на свете.
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52 53 54
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.