Наслаждайтесь чтением!
Карусель Богов
Слишком много народа в его жилище: сирота и два великана, которым
присущи черты ненормальности. Борн со злостью откусил жесткий кусок мяса.
- Иногда космический транспорт, - объяснял Кохома недоверчивой, но
вежливо внимательной публике, собравшейся вокруг вечернего домашнего
очага, - терпит катастрофу либо из-за естественных стихийных бедствий,
либо из-за халатности и небрежности служащего. - Кохома понял, что
находится в языческом обществе. - Кажется вполне возможным, - продолжал
он, интонационно выделяя слово "возможным", - что ваш народ сошел с одного
такого уцелевшего корабля и попал здесь в ловушку. Хотя в сложившихся
обстоятельствах враждебной природы этого мира я нахожу невероятным, что
кто-то из переселенцев смог выжить после того, как продовольственные
запасы были исчерпаны... Скорее всего, это наше самое верное
предположение. - Кохома сел.
Никто из сидящих вокруг костра не произнес ни слова. Кохома и Логан с
небольшой опаской обменялись коротким поддерживающим взглядом и
рукопожатием.
- Все это, - наконец медленно отозвался вождь Сэнд, - может быть так,
как ты говоришь.
Оба великана явно с облегчением вздохнули.
- Но мы не располагаем теми своеобразными знаниями, которые есть у
вас, и имеем свое собственное объяснение нашего существования.
Он посмотрел на Ридера и кивнул. Шаман поднялся. На нем было
церемониальное одеяние с нашитыми кусочками меха, с блестящими
коричневыми, красными и оранжевыми нашивками и головной убор, украшенный
птичьими перьями - теми, что они оставляют при линьке в Высшем Аду. И у
него был, конечно, топор, которым он размахивал, когда поднялся.
Раскачивая им, как дирижерской палочкой, Ридер поведал историю о
происхождении мира.
- Вначале было семя, - он произносил это напыщенно, нараспев.
Слушатели внимали с благоговением. Они слышали эту легенду тысячи раз, но
не теряли к ней интереса. - И это было не большое семя, - продолжал шаман.
- Однажды пришла мысль о воде и семя пустило корни в Дереве-эмфол. - Опять
это слово, подумала Логан. - Оно росло. Его ствол стал сильным и высоким.
После этого оно выбросило несколько ветвей. Одни из них превратились в
Колонны, на которых держится мир. Другие видоизменились и превратились в
два ада, которые заполнили мир. Появились бутоны, бессчетное количество
процветающих бутонов. Мы - отпрыски одних таких бутонов, фуркоты - других,
пиперы, которые до сих пор лежат в грибницах, - отпрыски совсем других
почек. Семя процветает, мир процветает, мы процветаем.
Кохома сдвинул и приподнял колени.
- Если это так и если вы верите, что мы пришли с планеты, совсем не
похожей на вашу, то как же вс
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52 53 54
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.