Наслаждайтесь чтением!
Тени Ужаса
- А ваш пигмей часом не может ими каким-нибудь образом управлять, -
спросил Карбок.
Логан задумалась.
- Нет, не думаю. Если бы они были опасны и в то же время управляемы,
Борн призвал бы их для нашей защиты, когда мы двигались на уровне макушек
деревьев.
Плавуны представляли собой огромные газовые баллоны более или менее
яйцевидной формы с колеблющимися, похожими на паруса плавниками на спине и
по бокам. Плавно взмахивая этими выростами во всю длину тела, они лениво
перемещались в воздухе. Сами газовые баллоны были бледно-голубые и
полупрозрачные, сквозь них явственно просвечивало солнце. Под каждым
баллоном была какая-то эластичная органическая масса, похожая на резину,
испещренная складками, похожими на мотки кабеля, оттуда свисали короткие
толстые щупальца, блестевшие на солнце подобно зеркальной позе, которую
Логан хорошо запомнила за те недели, пока они были в лесу. Они все
состояли из поворачивающихся, колеблющихся органических призм,
преломлявших свет и разлагавших его в спектр, из-за чего вся тварь похожа
была на огромный воздушный шарик, гоняющийся за радугой. А ниже этой
сияющей, блистающей поросли спускались более длинные щупальца. У них был
более естественный вид. Они были того же бледно-голубого оттенка, что и
газовые баллоны, и покрыты были тускло поблескивавшей слизистой оболочкой.
Фотоиды продолжали дрейфовать по направлению к станции, а кучка
ученых, сгрудившихся у разрушенного транссивера дальней связи, жарко
дебатировала по вопросу о том, что же это - растения или животные.
- Оружие к бою, - скомандовал Хансен.
До настоящего момента существа не предпринимали ничего, что можно
было бы расценить как враждебные действия, но уже от их невероятного
размера становилось не по себе. Зловещая же тишина, с которой они
надвигались, окончательно доканывала нервную систему.
- Если они приблизятся на двадцать метров, открывайте огонь, - сказал
Хансен, - но не раньше.
Начальник службы безопасности кивнул.
Один из плавунов направился прямо к ним, зловеще поигрывая в воздухе
длинными развевающимися щупальцами. Однако он остановился перед самой
критической чертой, установленной Хансеном и завис. Несмотря на то, что у
чудовища не было видно ничего, хотя бы отдаленно напоминающего орган
зрения, Хансен не мог избавиться от ощущения, что их изучают. Чудовище
продолжало висеть на месте, а огромные плавники плавно покачивались
помогая ему сохранять равновесие. Напряжение в куполе и во всей станции
достигло предела.
Тут кто-то закричал, и все перевели взгляд вниз в сторону. Два других
плавуна подплыли к самому челноку, последней сохранившейся связи с
компанией,
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.