Наслаждайтесь чтением!
Золушка
т, поддашь чуть-чуть огня? Но прежде чем дракон успел что-либо сделать, чуть впереди внизу на лестнице вспыхнул яркий свет. В изумлении Мэт уставился на него и инстинктивно напрягся в ожидании врага. Свет исходил от канделябра, прикрепленного к стене. В него следовало вставлять факел, но сейчас канделябр был пуст. Голубоватый свет разливался из пустого канделябра.
- Что за враг поджидает нас? - поинтересовался сэр Ги.
- Никаких врагов, это просто автоматическая система освещения, - ответил Мэт, нахмурившись. Он пристально смотрел на канделябр, это голубоватое свечение казалось ему очень знакомым. Интересно, где и когда он видел его раньше?
- Пошли дальше, - проворчал Стегоман, и Мэт последовал за ним мимо светящегося канделябра дальше вниз, в темноту.
Впереди снова вспыхнул свет.
- Еще один невидимый факел? - неуверенным голосом спросила Иверна.
- Да. - Мэт пристально посмотрел на пламя, потом, подумав, решил, что это им не грозит никакой опасностью. - Отличная система, свет вспыхивает только тогда, когда надо. Фадекорт, скажешь мне, когда выключится первый факел.
- Будет сделано, - послышался голос циклопа. Мэт повернул на следующий виток лестницы, и новый факел вспыхнул перед ним.
- Свет за моей спиной исчез, - доложил Фадекорт.
- Каждый факел, - пояснил Мэт, - вспыхивает, как только мы к нему приближаемся, и гаснет, когда мы отходим от него. Очень эффективное заклинание, и, конечно, оно же предупреждает обитателей замка, что к ним идут гости, уж в этом я не сомневаюсь.
- Если только там есть кто-нибудь живой, чтобы обратить на это внимание, - заметил сэр Ги.
- Хоть кто-нибудь да должен быть. Ведь каждый раз, когда король наступал, пламя вспыхивало на внешнем склоне холма, - вставил свое слово Фадекорт, но не слишком уверенно.
Для сомнений были все основания. Если уж факелы зажигались автоматически, почему бы и пламени, защищавшему замок, не вспыхивать тоже автоматически?
- Через несколько минут мы все узнаем, - сказал Мэт. - Пошли.
Они спускались по лестнице молча, стараясь как можно тише наступать на каменные ступени.
Наконец лестничный пролет кончился, и последний на их пути канделябр высветил широкий зал. Мэт сделал шаг вперед и оказался в огромной комнате, стены который были завешены гобеленами, а в отдалении на помосте стояло искусно украшенное кресло. Рядом жарко полыхал камин. Около камина, заложив руки за спину, стоял маленький толстый человек в поношенном камзоле. Высокий лоб переходил в большую лысину, обрамленную седыми клочьями длинных волос, ниспадавших на плечи. Бледное лицо, испещренное морщинами, было грустно и задумчиво.
Казалось, человек и не подозревал об их присутствии. И даже если заклинание, наложенное на башню, предупредило его о появлении незнакомцев, он, похоже, не придал этому никакого значения.
Мэт счел немного невежливым просто окликнуть человека, поэтому он решил тихонько кашлянуть.
Человек резко повернулся,
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.