Наслаждайтесь чтением!
Золушка
рубо ткнул его в лоб и начал раздирать веки. Мэт невольно вскрикнул. Рядом с полуобнаженным крестьянином Мэт увидел привязанную ремнями молодую женщину, которая, наверное, была некогда очень красива, но сейчас, растянутая на ремнях и кричащая от боли пыток, выглядела далеко не привлекательной. Герцогу же это зрелище, похоже, очень нравилось. Его дыхание было хриплым и возбужденным. Вздрогнув, герцог резко бросил:
- Все, кончай! Мы должны решить сначала государственные дела! А с этими двумя покончим чуть позже.
Все это было произнесено таким тоном, как будто герцог требовал подать ему еще одну порцию десерта. Мэт задумался о проблеме нравственного ожирения. Он готов был рассуждать о чем угодно, лишь бы отвлечься от того, что происходило перед глазами.
Тем более что в следующую минуту герцог, схватив Мэта за подбородок, резко повернул его голову в другую сторону. Мэт увидел Иверну: девушка была связана и обнажена по пояс. Такая картина была давней и тайной мечтой Мэта, но не при таких же обстоятельствах! Тем более что рядом с ней лежал сэр Ги. Ему тоже связали руки и сорвали рубашку. И Фадекорт, связанный и голый по пояс, - между ними. И хотя лицо рыцаря было разукрашено синяками и грудь исполосована кровоподтеками, глаза были совершенно спокойны. Его взгляд призывал Мэта не терять мужества и веры.
Потом появился раскаленный железный прут и коснулся плеча Иверны. Легкое касание, и Иверна закричала. Герцог отвел орудие пытки и захихикал:
- Как ты находишь это зрелище. Маг? Возбуждает, правда?
- Нет. Я абсолютно спокоен.
Это было не совсем правдой. Потому что на самом деле это зрелище возбуждало в нем мрачные мысли о том, что бы он мог сотворить с герцогом, будь его воля.
- Неужто! Ты как, предпочел бы быть гостем на моем празднике или жареной отбивной? Давай-давай, присоединяйся! Или я попрошу своих палачей поработать над тобой.
В подтверждение своих слов он резко ударил Мэта по пальцам, живот Мэта пронзила страшная боль. Мэт не успел сдержать крик, с изумлением увидев, как раскаленный прут удаляется от его кожи.
- Следующий удар будет пониже, - с ухмылкой произнес герцог, и Мэт почувствовал, как из уголка его рта тоненькой струйкой потекла слюна. - Каждый удар - все ниже и ниже. Поэтому лучше присоединяйся ко мне, и мы вместе выдавим мелодичные, приятные вопли из этой девки, а потом вместе пройдемся по ней сверху вниз. И я сделаю тебя главным среди моих колдунов. У тебя в руках будет власть, огромная власть, власть над моими владениями, почти над половиной королевства! А потом в конце концов и над всей страной! - Ухмылка расползлась еще шире по лицу герцога, и со лба покатился пот. - А потом, кто знает? Ведь тебе есть за что мстить Меровенсу, не так ли?
Мэт все понял:
- Ты пытаешься захватить трон!
- Точно! - Глаза герцога превратились в две щелочки, а ухмылка стала зловещей. - И для этого мне нужна помощь сильных волшебников.
Теперь все обретало смысл. Если Мэт пр
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.