Наслаждайтесь чтением!
Каков ты, собрат по Разуму?
заставили его предупредить освобожденных пленников:
- Берите в руки все, что можно использовать как оружие. Нам придется драться, если мы хотим выбраться отсюда.
Заключенные были только рады присоединиться к друзьям, и в тех немногих камерах, где, кроме трухлявой соломы, были столы, они отламывали у них ножки, а Фадекорт вырывал из стен цепи. К тому моменту, как они подошли к двери, ведущей в замок, половина узников была вооружена кусками цепей.
Их было много - человек пятьдесят, а может, и больше, но часть заключенных еще оставалась в камерах и требовала освобождения.
Это навело Мэта на мысль.
- Подождите! Не открывайте двери, отойдите!
- Зачем? - Один из заключенных бросил горящий взгляд на Мэта, как будто подозревал его в предательстве.
Мэт не мог обвинять его в некоторой подозрительности. Он быстро объяснил:
- Ваши приятели-заключенные здорово шумят. Если есть дежурный тюремщик...
- Конечно, есть.
- Он может войти сюда через эту дверь в любую минуту.
Тут же дверь с грохотом распахнулась, и неуклюжий бочкообразный человек - если бы и пришлось кого-то награждать за безобразие, то первую премию присудили бы не Квазимодо, а начальнику охраны - ввалился в подземелье, взвод солдат следовал за ним.
- Это что за шум? Что беспокоит этих дураков? Что... - Тут он увидел заключенных и вытаращил глаза. Охранники начали опускать свои пики.
С дикими воплями заключенные бросились на охранников. Послышались крики ужаса и глухие удары железных цепей по черепам... последовала минутная тишина... с пола поднялись ухмылявшиеся узники.
Неожиданно Мэт понял, что последует за всем этим, и попытался остановить их:
- Теперь тихо! Не торопясь! Мы...
Но заключенные не обращали на него внимания. С криками радости, не слушая призывов Мэта, они бросились через дверь наружу. Они жаждали отмщения и... свободы.
Когда солдаты вышли из леса и начали уже подумывать, что теперь-то их миновала опасность нарваться на засаду, в этот момент на них все и обрушилось.
Ну не все, конечно, но солдаты Гордогроссо, во всяком случае. Они падали с нависавших ветвей, выскакивали из подлеска, было такое впечатление, что кусты ожили и ощетинились остриями копий. Солдаты выпрыгивали молча, и тишину нарушали лишь скрежет металла. Им бы удалось захватить королеву и ее солдат врасплох, если бы Совиньон, опасаясь всяческого колдовства, не следил так пристально за всем происходящим вокруг.
С громким криком, который поднял бы на ноги и мертвых, он выхватил из ножен саблю. Алисанда взглянула вверх и увидела прыгавшего на нее солдата. С криком:
"Сверху!" - она выхватила свою саблю и пришпорила лошадь, направляя ее в сторону.
За ее спиной солдаты, тоже взглянув вверх, издали страшный крик и начали сбиваться в группы, пытаясь избежать столкновения с этими живыми снарядами.
И конечно, некоторые из нападавших солдат угодили точно в эти группы.
Как только они приземл
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.