Наслаждайтесь чтением!
Мой пес Полкан
рошо провел день, Дэвид?
- Даже не слышал, как ты вошла, - отозвался он. - Ты двигаешься, как пушинка. Случилось что-нибудь, о чем я должен знать, прежде чем полезу в клетку ко льву?
Она легко покачала головой:
- Сегодня лев в отлучке. Хорас стал почти человеком или, по меньшей мере, приблизился к человекоподобию так близко, как только способен. Получено сообщение, что Гэхен прибывает к нам из Афин...
- Не жалую я этого Гэхена, - сказал Дэвид. - Он такой ученый зануда! Он меня подавляет, в его присутствии я чувствую, что ни на что не гожусь.
- Меня он тоже подавляет, - поддакнула Инид. Не знаю, право, может, мы с тобой и вправду ни на что не годны. Но даже если так, мне лично моя ни-к-чему-непригодность нравится.
- А мне моя, - весело согласился Дэвид.
- Зато Хорас от Гэхена в восторге, и, если его приезд сделает Хораса поуживчивее, мы с тобой только выиграем. Тимоти - тот и вовсе вне себя от счастья. Гэхен сообщил Хорасу, что везет для Тимоти книгу или даже, кажется, свиток, написанный автором по имени Гекатей.
- Гек... ладно, как бы его там ни звали, я никогда о нем не слышал. Не уверен даже, он это или она.
- Это он, - заверила Инид. - Древний грек Гекатей Милетский. Пятый или шестой век*[Гекатей Милетский жил в V - VI вв. до н.э. Его работы дошли до нас в отрывках, главные из них - №Землеописание¤, труд страноведческого характера, и №Генеалогия¤, содержащая греческие мифы и предания.] . Есть мнение, что Гекатей был первым серьезным автором, попытавшимся с помощью критического анализа очистить историю от мифических напластований. Гэхен полагает, что свиток, попавший ему в руки - неизвестная книга, считавшаяся утраченной.
- Если это правда, - подхватил Дэвид, - тогда нам с тобой Тимоти долго не видать. Запрется в библиотеке, даже еду придется туда подавать. Чтоб обсосать это сокровище, ему понадобится год, не меньше. А до той поры он полностью выйдет из повиновения.
- По-моему, его куда-то не туда занесло, - сказала Инид. - Он по уши увяз в истории, да и в философии тоже. Все надеется отыскать фундаментальные ошибки человечества и уверил себя, что их корни - в первых тысячелетиях письменной истории. Какие-то ошибки он нашел, но, право, не надо лазить по источникам, чтобы осознать их: проблема перепроизводства, погоня за прибылью, мания военных решений, просыпающаяся всякий раз, когда один человек, или племя, добивается большего достатка, чем соседи; наконец нужда в убежище, желание спрятать свое №я¤ под защиту племени, нации, империи, - видимо, такое назойливое желание отражает ужасную неуверенность в себе, ставшую неотъемлемым свойством человеческой психики. Можно продолжить перечисление, но Тимоти попросту обманывает себя. Он ищет чего-то более глубокого, а искомое лежит где угодно, только не в истории...
Дэвид не удержался и спросил вполне серьезно:
- Инид, у тебя есть своя догадка на этот счет? Хотя бы смутная?
- Пока еще нет. Может, и никогда не появится. В
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.