Наслаждайтесь чтением!
Мой пес Полкан
какое-нибудь полезное занятие.
- Тимоти занят не меньше Хораса, - возразила Инид. - Не бывает и дня, чтоб он не копался в книгах или не разбирался в том, что собрали для него другие. А кто собрал? Дэвид, выезжавший в Лондон, Париж и Нью-Йорк, не побоявшийся покидать Гопкинс Акт ради сбора информации...
- Что ж, дорогая, это, может, и так, - откликнулась Эмма, - а ты сама чем занята, скажи на милость?
- Милые родственники, - взял слово Тимоти, - не стоит придираться друг к другу. Инид делает никак не меньше, чем остальные, а то и больше.
Дэвид бросил взгляд на Тимоти, восседавшего во главе стола, спокойного и красноречивого, и в который раз поразился тому, как удается брату ладить с Эммой и ее хамоватым мужем. Сколько бы его ни провоцировали, Тимоти никогда не повышал голоса. Лицо, окаймленное жидкой седенькой бородкой, напоминало святого, а главное - он неизменно являл собой голос разума перед лицом любых бурь, налетавших на семейный корабль.
- Чем препираться, кто вкладывает больше стараний в преодоление мелких трудностей, - произнес Дэвид, - лучше бы признаться, что никто из нас не сделал ничего серьезного душ решения проблемы по существу. Почему бы не сказать себе прямо и честно: мы беженцы, мы забились сюда и прячемся в надежде, что нас не найдут? Но нет, мы не хотим в этом сознаться, хоть и не смогли бы придумать ничего другого даже перед лицом собственной гибели...
- А может, кто-то из нас уже нащупывает путь к решению? - заявил Хорас. - И даже если нет, есть же и другие, кто ищет верный ответ. В Афинах, в плейстоцене...
- Вот именно, - подхватил Дэвид, - Мы, Афины, плейстоцен и Нью-Йорк, если Мартин со Стеллой все еще там. И сколько же нас наберется вместе взятых?
- Не стоит забывать, - ответил Хорас, - что нами счет не исчерпывается, должны существовать и другие группы. Три наши общины - по сути четыре осведомлены друг о друге. Но должны быть и другие, связанные между собой так же тесно, как наша четверка, но тем не менее не знающие ни о нас, ни о большинстве других. Это же логично! Революционеры - а мы в известном смысле революционеры - испокон веков разделялись на конспиративные ячейки, и одна ячейка знала о других не больше, чем было совершенно необходимо.
- Со своей стороны, - повторил Дэвид упрямо, - я продолжаю считать, что мы просто-напросто беженцы, улизнувшие из своей эпохи.
К этому моменту с бараниной было покончено. Нора забрала пустое блюдо, а затем вернулась и водрузила на центр стола дымящийся сливовый пудинг. Эмма не замедлила придвинуть пудинг к себе.
- Оказывается, он уже нарезан, - сообщила она. - Передавайте мне свои десертные тарелки. Для желающих найдется и подливка.
- Сегодня я, когда бродил по полям, повстречал Колючку, - сказал Дэвид. - Он, как обычно, играл в свою глупую игру-попрыгушку.
- Бедный Колючка, - высказался Тимоти. - И угораздило же его забраться сюда вместе с нами! Он же тогда просто заглянул в гости, но оказался с нами в мин
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.