Наслаждайтесь чтением!
Мой пес Полкан
льзуем древний язык, известный когда-то лишь маленькому, забытому ныне племени. Мы надеемся, что этот прием поможет избежать дешифровки даже в том случае, если разговор удастся перехватить.
- Ей-ей, - не сдержался Бун, - это самая полоумная уловка из всех, с какими я когда-либо сталкивался!
- Вы еще мало что знаете, - продолжил Тимоти. - Вы еще не слышали о бесконечниках. Если бы вы, не дай Бог, столкнулись с бесконечниками...
Из кухни донесся пронзительный крик. Тимоти и Эмма вскочили с места. В дверях появилась Нора, не прекращая кричать. Ее поварской колпак сбился набок, руки безостановочно теребили передник, повязанный вокруг талии.
- Гости! - визжала она. - К нам гости! И с ними что-то неладно! Времялет приземлился на клумбу и сразу перевернулся...
Стулья дружно скрежетнули по полу - все бросились в кухню и к черному ходу. Коркоран смерил Буна взглядом.
- Может, пожаловал тот самый посланец из Афин?
- Может, и он, - отозвался Бун, - Пойдем-ка посмотрим сами...
С кухонного крылечка им открылась картина весьма примечательная. Клумбу рассекала огромная борозда, оставленная прямоугольным предметом примерно двенадцати футов в длину и шести в ширину. Предмет торчал под углом, зарывшись носом в почву. Дэвид, Хорас, Инид и Тимоти толкали этот предмет и тянули в разные стороны, а Эмма стояла поодаль, причитая в голос.
- Надо бы помочь, - предложил Коркоран, и они в два прыжка очутились рядом.
- Что вы хотите сделать с этой штуковиной? - осведомился Бун у вспотевшего Хораса.
- Вытащить из земли, - прохрипел тот. - И поставить как полагается...
С помощью вновь прибывшего подкрепления это удалось. Хорас и Дэвид немедля набросились на различимую теперь отдельную панель в одной из боковых стенок. Мало-помалу панель поддалась их усилиям, потом с хлопком отогнулась. Дэвид прополз в отверстие и вскоре начал пятиться.
- Подсоби, - позвал он. - Я, кажется, дотянулся до Гэхена.
Хорас, с грехом пополам втиснувшись рядом с Дэвидом, тоже сумел нащупать, за что ухватиться. Пятясь вдвоем, они выволокли на свет обмякшее тело и, протащив по всей клумбе, положили на траву. Гэхен запрокинулся на спину. Изо рта у него стекала алая струйка. Одна рука бессильно болталась, одежда на груди пропиталась кровью. Хорас опустился на колени рядом с раненым, приподнял ему голову, погладил. Глаза раскрылись, окровавленные губы шевельнулись, но слов было не разобрать, одно бульканье. Инид поспешила к Гэхену, тоже стала на колени и произнесла:
- Все хорошо, Гэхен. Вы в безопасности. В Гопкинс Акр.
- Что случилось? - взвизгнула Эмма.
Ответом стали два слова вперемешку с кровью.
- Все погибло, - выдохнул Гэхен и захлебнулся.
- Что все, Гэхен? Что погибло?
Раненый силился выдохнуть кровь и наконец произнес:
- Афины...
Но больше ничего не сказал.
- Лучше перенесем его в дом, - предложил Тимоти. - Ранение тяжелое.
- Как это могло случиться? - продо
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.