Наслаждайтесь чтением!
Последние сто минут
асскажу. Он сыграл в моей истории немаловажную роль.
- Ну так рассказывай, не мешкай.
- Сию минуту. Ты упомянула, что видела меня. Видела среди серости меня и волка рядом со мной. Не можешь ли пояснить, каким же образом ты ухитрилась меня увидеть? Как сумела узнать, где я?
- Очень просто. Я нашла телевизор. Потом объясню подробнее. Этот телевизор показывает то, что тебе хочется увидеть. Он воспринимает твои мысли. Я подумала о тебе и увидела тебя на экране.
- Допустим, он показал меня среди серости. Но он не мог сообщить тебе, где именно я нахожусь и как меня отыскать.
- Это совершил невод, - вмешался Конепес. - Невод при всей своей внешней хрупкости есть механизм поистине чудотворный. Нет, отнюдь не механизм. Отнюдь не столь грубое и неуклюжее творение, как механизм.
- Невод соорудил Конепес, - пояснила Инид. - Сначала он создал его мысленно, а потом...
- Только и исключительно с твоей помощью, - опять перебил Конепес. - Не будь тебя, не было бы и невода. Ты держала палец на перекрестье, с тем чтоб я мог завязать последний, решающий узел.
- Звучит очень загадочно, - откликнулся Бун. - Умоляю, Инид, расскажи мне все, ничего не опуская.
- Повремени, - сказала Инид. - Сперва покончим с едой. А ты пока расскажи нам, что случилось с тобой после того, как ты скомандовал мне улетать, а на нас стремглав неслось страшилище...
Бун приступил к повествованию, стараясь излагать события как можно короче. Когда он подходил к концу, Конепес отодвинул тарелку и отер губы тыльной стороной руки. А волк, пресытившись игрой, придумал Шляпе новое применение, скомкал его и использовал как подушку, но желтых глаз не закрыл, а смотрел на сидящих за столом, изредка помаргивая.
- Если я правильно тебя поняла, Шляпа был живой? - спросила Инид.
- Его сейчас выключили, - ответил Бун. - Не знаю, как выразиться точнее. Он ведь, в сущности, марионетка. Говорящий манекен, орудие неведомого чревовещателя.
- И ты не представляешь себе, кто этот чревовещатель?
- Совершенно не представляю. Но не теряй времени, рассказывай о своих приключениях...
Когда Инид завершила изложение своей эпопеи, Бун в растерянности покачал головой.
- Многое звучит форменной бессмыслицей. Должна же существовать какая-то общая схема событий, какая-то закономерность. Но я ее при всем желании не вижу.
- О, закономерность имеется, - возгласил Конепес, - Имеется закономерность, а равно причинно-следственная связь. Судьба свела нас троих вместе с сундуком, каковой я нашел на розово-багровой планете...
- Ты украл сундук, - поправила Инид сурово. - Не нашел, а украл. Я-то прекрасно знаю, что украл.
- Хорошо, пусть украл, - согласился Конепес. - А возможно, позаимствовал. Сие есть более мягкий термин, во всех отношениях более приемлемый.
Он спрыгнул со стула и отправился ковыляя обратно к неводу. Пока он лазал там по прутьям и возился с сундуком, Бун успел задать давно напрашивавшийся вопрос:
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.