Наслаждайтесь чтением!
Последние сто минут
лепо ругать эволюцию за неспешность. Посмотри, что она натворила менее чем за миллиард лет - преодолела дистанцию от первой слабой искорки жизни до разумного существа. Которому, правда, разум не пошел во благо...
- Опять ты за свое! - возмутился Хорас. - Хлебом тебя не корми, только дай принизить себе подобных!
Тимоти в ответ только пожал плечами и спросил себя: а что, если Хорас прав? Не принижает ли он людей понапрасну? Но, видит Бог, люди вполне успешно принизили себя сами. На поверку они оказались не более чем безответственной стаей приматов. Спору нет, на протяжении истории у человечества были славные достижения, но сколько же роковых ошибок! Человек с редким постоянством делал едва ли не все ложные шаги, какие только были возможны.
Солнце собиралось вот-вот закатиться за западные холмы. Оставив Хораса дожидаться еды, Тимоти не спеша спустился по склону. Едва он приблизился к первому из фортов, роботы дружно побросали свои инструменты и замерли по стойке №смирно¤.
- Все в порядке, - заверил их Тимоти. - Работайте, не обращайте на меня внимания. Вы заслуживаете похвалы. У вас все очень здорово получается.
Роботы послушно вернулись к прежним занятиям. Зато Конрад, приметив Тимоти издали, поспешил подойти к нему.
- Сэр, - доложил он, - мы окружили их со всех сторон. Без преувеличения, взяли их за горло. Пусть только шевельнутся, и мы их задавим.
- Отличная работа, капитан, - одобрил Тимоти.
- Сэр, - поправил Конрад, - я не капитан, а полковник. Скоро стану генералом, сэр.
- Прости, не знал. Приношу свои извинения. Отнюдь не хотел тебя обидеть.
- И никоим образом не обидели, - ответствовал полковник.
Эмма, высунувшись из ковчега, крикнула, что кушать подано. Тимоти не заставил себя упрашивать и поспешил на зов. Хоть он и был намного терпеливее Хораса, а тоже давно ничего не ел и ощущал голод.
Эмма выставила на стол блюдо с сыром, блюдо с ветчиной, большую банку джема и хлеб.
- Ешьте сколько влезет, - пригласила она. - К сожалению, все холодное. То ли плита не работает, то ли я не сумела ее включить. Я уж пробовала и так и сяк, а она ни в какую.
- Ладно, обойдемся, - буркнул Хорас.
- И запивать придется водой, - посетовала Эмма. - У нас есть чай и кофе, но раз плита не действует...
- Не волнуйся, - молвил Тимоти ей в утешение. - И не расстраивайся по пустякам.
- Я искала пиво, но не нашла...
- Согласен на воду, - перебил Хорас.
В сущности, обед, а вернее, ужин оказался не так уж плох. Сыр был выдержанный, ноздреватый, тающий во рту, ветчина - тугая и сочная. Ежевичный джем отличался некоторым избытком семян, но в других отношениях был превосходен, и хлеб с хрустящей корочкой не оставлял желать лучшего.
Эмма отщипнула сыру, пожевала ломтик хлеба с толстым слоем джема и осведомилась:
- Что дальше?
- Пока что останемся здесь, - объявил Хорас. - Ковчег вполне комфортабелен по любым меркам, он послужит нам укрытием и штаб
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51 52
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.