Наслаждайтесь чтением!
Сказка о репе
хаю. — Вскочив на сцену, тот рванул на груди тельняшку и, едва раздался гонг, вырубил «брыком» ближайшего поединщика, крепкого парня с повадками кикбоксера. Увернулся от удара, от души дал сдачи и что было сил въехал «раскачником» нападающему в нюх — отдыхай. Под восторженный рев толпы он вертелся волчком, щедро раздавал «распалины», «подкруты в подвяз» и «косые подсеки», словно в свалке сцеплялке, групповом побоище где нибудь за околицей. Наконец он один остался на ногах, но все никак не мог уняться — плечи так и ходили ходуном.
— Ну все, будя. — Великан поманил его со сцены и сурово притопнул ножищей. — Будя, сигай сюды. Охолонись малость. — Он повернулся к лысому организатору. — Вдругорядь надо будет, свистнешь. А мы пока пойдем махнем по чекушке. Там, глядишь, может, и я разойдусь, тряхну стариной.
Очередь начала потихоньку таять.
. — Хорош молодец. — Плещеев глянул на подсиненное лицо Толи Громова, и в голосе его засквозила озабоченность. — Только мозги то тебе не вышибут до финала? Не тяжело?
— Легко, Сергей Петрович, только девок щупать. — Тот молодецки притопнул говнодавом и, спохватившись, виновато покосился на Пиновскую. — Мы, пскопские, будем еще на «фордах» ездить!
— Ладно, иди отдыхай, пскопской. — Плещеев отечески потрепал его по плечу, и Громов выкатился из кабинета — вразвалочку, поигрывая на ходу бицепсами. Крепко вошел в роль.
— Артист! — Марина Викторовна эффектно закинула ногу на ногу и пробежалась пальцами по клавиатуре компьютера. — Я тут поинтересовалась персоналиями, — компания в «Занзибаре» подобралась славная. Мордобоем командует некто Степан Владимирович Калмыков, подполковник в отставке, в свое время вел спецкурс по рукопашке в КИ — Краснознаменном институте имени товарища Андропова. Очень, очень серьезный господин. В помощниках у него бывший капитан ГБ Дмитрий Александрович Бабкин, специалист по скоротечным огневым контактам и холодному оружию. Был жестоко обижен отечеством, потом взят под крыло и обласкан господином Морозовым. А по женской части, — Пиновская ухмыльнулась и выразительно поглядела на Плещеева, — верховодит особа, примечательная во всех отношениях. Инга Павловна Зайковская, девичья фамилия Дзерве, в узких кругах более известна под прозвищем Кобылятница. Дама сия начинала путаной, потом держала сеть массажных заведений с девочками, занималась сводничеством и растлением малолетних. С господином Морозовым знакома давно, до сих пор поставляет ему «недозрелую клубничку». Официально числится директором модельного агентства «Три звезды», по сути дела являющегося своднической конторой. К мужчинам индифферентна, одно время имела репутацию активной лесбиянки, теперь увлекается компьютерным сексом — порно по Интернету, V шлемы, специальные установки для мастурбации. В общем, идет в ногу со временем. — Она ткнула пальцем в клавишу, и принтер выдал красочное, словно рекламный постер, изображение блондинки, одетой в рыболовную сеть. — Это Инга Пав
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
47 48 49 50 51
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.